Вы здесь: Главная > Без рубрики > Часовщик. Рассказ. осторожно, есть мат.

Часовщик. Рассказ. осторожно, есть мат.






                                                 Часовщик, подобно Создателю

                                                  Вдыхает жизнь в спящие (искалеченные временем и людьми)

                                                  Механические тела, порой самые безнадежные

                                                  И по крупицам воссоздает их первоначальный облик.

 

Николаич всем сердцем любил часы. Истоки этой блажи были не известны, но это не была юношеская скоропалительная страсть к ярким молодым оболочкам. Нет, его привлекали экземпляры повидавшие виды, многое пережившие и сохранившие дух своего времени. Сердце часовщика – любителя трепетало при виде искусно сделанных потускневших шестерен, намотавших на свои обода многие десятилетия.

Возможно, и вы испытывали некоторый необъяснимый трепет, глядя как яркий солнечный луч вскользь поглаживает тонкий блестящий ободок старинного хронометра, перемещается на белую гладкую эмаль циферблата и, играя, подобно кошке, мягкой лапкой ловит стройную длинноногую секундную стрелку, которая ритмично и с достоинством бежит по своим важным делам. Но интерес Николаича заходил куда дальше.

Найти старый, почти безнадежный экземпляр, разобрать до винтика, вымыть все , что моется и отполировать все, что полируется… Часами перебирать миниатюрные детали, перетачивать и складывать их вновь и вновь, терпеть неудачи, и вдруг… маленькое сердечко оживает и бьется прямо у тебя в руках!

В такие мгновения его собственное сердце замирало от восторга, а душа взмывала ввысь и заслуженно занимала место одесную Творца Вселенной. Некоторое время новая прелесть находилась на самом видном и почетном месте. Позже, естественно, она занимала свое место в обширной коллекции тикающих и жужжащих товарок, а Николаич загорался новой идеей.

В один весенний, ничем не примечательный день, зазвонил мобильный.
— Это прачечная? — проскрипел ехидный голос.
— Чебурачечная! — вежливо ответил Николаич, — привет, Изя, чего хотел?

Изя был старьевщиком по велению души. Непоседливый компанейский старикан все свое свободное время рыскал в окрестных селах, скупал все похожее на антиквариат и пытался с выгодой продать. Сегодня старик явно находился в приподнятом настроении – видимо сегодня ему особенно улыбнулась удача. После ритуальных взаимных приветствий Николаич был приглашен на пиво и, признаюсь, долгих уговоров не потребовалось.

После четвертого бокала, оценив кондицию гостя, Изя перешел к истинной цели своего приглашения: «был я намедни в одном Небом забытом месте и, представь, таки целое сокровище нашел!…»

К его удивлению Николаич не проявил ожидаемого оживления, даже вроде как нахмурился. Пришлось намекнуть еще: «Слушай, там такой артефакт, что моя прабабушка на нем вполне могла учиться узнавать время!»

Но и такая грубая реклама к удивлению Изи не заинтересовала целевую аудиторию. Чтобы выиграть время, хозяин отошел к плите и длинной причудливой вилкой помешал на противне самодельные чипсы.

— Что с тобой, друг? – наконец не выдержал и прямо перешел к делу Изя. — Ты болен? Или бес в ребро на старости лет?

— В завязке я, — Николаич допил пиво и со стуком поставил бокал на стол.

— Люди добрые, вы слышали это? – Изя развел в стороны руки и обратился к невидимой аудитории. Что значит в завязке? Ты наркоман на курсе реабилитации? Или ты вор – карманник на поруках у трудового коллектива? Или ты наш дорогой самородок? Часовщик – виртуоз? Кто же ты, мы стесняемся спросить?!!!

— Я Мастер! – с нетрезвым достоинством ответил Николаич и поправил на затылке старенькую бейсболку.

Изя переставил свой табурет к нему поближе и снова наполнил бокалы: «рассказывай, друг, очень внимательно тебя слушаю!»

— Видишь ли, друг, прошедший финансовый год моя семья закончила с большим дефицитом бюджета. Знаешь ведь, все эти цены, коммуналку и прочие убытки…

— Как не знать! – Изя вздрогнул, судурожно передернул острыми плечами и сделал большой глоток.

— так вот, моя половина сказала, что пока не погасим долги, больше никаких артефактов. А если ослушаюсь, то будут они вместе со мной тИкать за дверью. А как ты их погасишь, эти сраные долги, если мы еще за старую яхту Ахметова не выплатили, а он уже новую строит? Короче, пришлось Слово дать.

— Слово – это серьезно, — с фальшивым участием поддержал жертву будущей финансовой аферы Изя, не переставая молниеносно прокручивать в голове варианты. Ситуация складывалась неутешительно. Еще недавно, казалось, высоколиквидный товар на глазах превращался в долгосрочные инвестиции. А с учетом нынешней волатильности курса это никак не радовало.

— Слово нарушать – грех большой, — ухватился за соломинку искуситель, — но посмотреть то не грех, а?

— Посмотреть, конечно, не грех… — поддался искушаемый.

– В самом деле, почему не глянуть одним глазочком?- Воодушевился искуситель.  Жестом фокусника он извлек из трюмо громоздкий, завернутый в мешковину предмет, торжественно  поставил на стол и неторопливо, словно на стриптизе, раздел.

— Ох!… – не сдержал было эмоций часовщик, но тут же прикусил язык и попытался исправить ситуацию – ох и досталось им по жизни!!

— Да, время не щадит никого, — не очень тонко намекнул Изя. И, не теряя инициативы, перешел в атаку: «а разве не это ценится в антиквариате и старом вине? Именно тот налет невидимой паутинки, которую Паук Время неспешно, но верно накладывает на все, что попадется ему под руку…»

— Под лапу, — сбил темп наступающего Николаич.

— Что, прости?

— Под лапу говорю. Нет рук у пауков, лапки у него, — хмуро уточнил потенциальный покупатель и перешел к делу — Сколько?

И торг начался.

Через неполный час единственный участник и он же победитель аукциона с объемным свертком в руках и выросшим внешним долгом  элегантным Pas emboite выпорхнул из подъезда старьевщика.

— Николаич, я их заводить пытался! — успел крикнуть ему вдогонку Изя, но Николаич, пребывая в эйфории, пропустил эти слова мимо ушей.

А зря.

По мере приближения к родному дому походка его постепенно тяжелела, а настроение портилось. Грозила неотвратимая перспектива серьезных неприятностей на семейной таможне и незамедлительных решительных санкций.

— Петровна не Европа, озабоченность выражать не будет, — сказал он задумчиво сам себе. – Что же предпринять?

По сути, оставался только один разумный выход – контрабанда.

— Ладно, — решился Николаич,- будем решать проблемы по мере их возникновения. Сегодня начнем с контрабанды, а вопросом легализации займемся позже. Наскоком такие дела не решаются!

Ему сегодня определенно везло с самого утра. С кухни тянулся аппетитный запах жарящихся котлеток. Под бодрое звяканье посуды он незамеченным прошмыгнул в спальню и спрятал драгоценное приобретение на нижнюю полку прикроватной тумбочки.

Вечер прошел в теплой и дружественной обстановке, без эксцессов и затруднений. Конечно, пока жена принимала душ на ночь, коллекционер не отказал себе в удовольствии еще разок полюбоваться новой прелестью и обстоятельно рассмотреть ее, вдоволь повертев в руках.

Его разбудило предчувствие близкой беды. Николаич прислушался, но не сразу понял, что в спальне не так. Только через несколько минут он осознал, что в привычной какофонии многочисленных тикающих и скрипящих на разные голоса механизмов появился новый участник. Солидный, басовитый, слегка щелкающий ритм как будто отсчитывал последние секунды его, Николаича, жизни.

— Новые часы!.. Пошли зараза! Изя!.. Хоть бы бить не..

— Бом – бом – бом!!! – солидно, раскатисто, хоть и слегка фальшиво троекратно выдали аккорд часы. Петровна села в постели, а Николаич, ловко увернувшись от захвата, отступил на заранее приготовленные позиции.

— Это что за «биг-бен»? – сипло, словно холодный двигатель, набирала обороты жена, — это очередное приобретение, да?!!

— Дорогая, ты все не так поняла и я сейчас все объясню, — попытался штамповкой выиграть немного времени часовщик. Сонный разум пытался выдать на — гора хоть какую ни будь версию.

— Видишь ли, начал он…

И вдруг Николаич осознал всю унизительность положения. Глубокая обида за нынешнее рабское полу существование вдруг поднялась из глубины души и выплеснулась наружу. Он сцепил натруженные руки и скупо, без слез, по мужски, зарыдал.

— Солнц, ты чего, — испуганно сбросила обороты Петровна, — ну не расстраивайся так! Понравилась цацка, ну и пусть остается! Она порывисто прижала большую седую голову мужа к своей груди и устало вздохнула.

— А долг за яхту? – уже успокаиваясь спросил Николаич.

— За яхту?!! Да пошел он нахуй со своей яхтой!!! – зло выдохнула Петровна и погрозила крепко сжатым кулаком куда – то в сторону открытого окна.

 

Ехидный Мирослав.

Июль – 31 декабря 2018 г.

Теги:

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter
  • RSS

1 комментарий к записи “Часовщик. Рассказ. осторожно, есть мат.”

Оставить отзыв